Моё знакомство с этим домом и его хозяевами произошло совершенно случайно. Я не в первый раз подъезжал к нему, но ни разу никого не встречал — стоял около участка и уезжал безрезультатно. Но этот день стал решающим. Я набрался смелости и прошёл на участок — был потрясающий свет, и упустить его не хотелось. Я подошёл к дому и постучал в окно. К моему удивлению, хозяева — бабушка и внук — сидели за столом и общались. Бабушка наотрез отказалась со мной говорить из-за пандемии и карантина, ко мне вышел её внук Владислав Погодин-Алексеев — мы нашли общий язык за доли секунд и спустя короткое время уже шли исследовать сокровища веранды, залитой вечерним светом, проходящим сквозь витражные окна. Удивительно ощущение прикосновения к старине — не брошенной, настоящей. Ту же двойную фамилию, что и Владислав, носили его прадед и дед Погодины-Алексеевы — предыдущие хозяева этой дачи. Прадед был профессором металловедения, а сюда вместе с семьёй приезжал отдыхать. Его сын тоже позже стал профессором. Владислав вспоминает, что дача пришла в запустение ещё в 1980-е годы, когда он бывал здесь ребёнком. Семь лет назад они вдвоём с бабушкой переехали, чтобы жить здесь постоянно, провели отопление и канализацию. В тишине кратовских дач Владислав пишет музыку и стихи, созерцает природу.
Печатная машинка — единственный трофей, который дед Владислава привёз из Берлина. Тащил её на себе всю дорогуДом профессора металловедения
02 / 08
03 / 08
04 / 08
05 / 08
06 / 08
07 / 08
08 / 08Печатная машинка — единственный трофей, который дед Владислава привёз из Берлина. Тащил её на себе всю дорогу
